ЧАСТЬ 37 -Вить, останови, машину! – Развалившись на соседнем от водителя кресле, по-мужски расставив ноги, Ленка вот уже полчаса следила за Виктором.
Утопая телом в мягком сиденье, она не поворачивая головы, из-под челки смотрела на рядом сидящего мужчину.
Он сосредоточенно смотрел на дорогу, так как погода начинала портиться. Откуда-то набежали тучи, готовые каждую минуту обрушиться шквальным дождем на эту, еще некоторое время назад, вечернюю безмятежность. Еще одинокие капли дождя тут же высыхали на лобовом стекле автомобиля, так как, набирая стремительно скорость, мужчина рвался по шоссе к их дому, стараясь не быть застигнутым в дороге надвигающейся непогодой.
Она смотрела на его руки. Длинные, сильные пальцы, перерезаемые извилистыми ниточками вен, уверенно сжимали рулевое колесо. Ленка тут же представила, как эти руки проникают ей под футболку, мягко касаясь ее нежной кожи, будоража трепетные бугорки ее груди. Она почувствовала, как грудь в лифе напряглась, и соски тихо заныли от начинающейся подниматься откуда-то снизу волны легкого возбуждения. Продолжая наблюдать, как Виктор, казалось, своими безобидными движениями ласкает это дьявольское колесо, она нервно заерзала. Ее глаза жадно поползли вверх по его руке, пытаясь просканировать едва заметные колыхания темных волосков, обильно покрывающих его руки от ладоней.
«Ой, как стало жарко…»
То ли от собственых мыслей, то ли от того , что дождь все-таки начал идти с неимоверной силой, забарабанив по жестяному остову автомобиля каким-то ритмичным тактом, она почувствовала прилив адреналина где-то у себя в животе. Попыталась было прикрыть глаза, но в них опять вырисовывалась картинка с его изображением, которая начало долбиться в мозг какой-то навязчивой идеей. А тут еще и запах… не видя его, она чувствовала его запах… запах самца, который стал застилать все ее сознание…
«Кулемина… что ты творишь…. Ты что, не можешь потерпеть до дома?»
У нее начала кружиться голова. Она не могла больше находиться рядом с ним в этой чертовой машине.
-Вить, останови машину!
Быстро кинув на нее взгляд, увидев ее раскрасневшееся лицо и дергающиеся в каком-то нервном ритме губы, он вырулил на проселочную дорожку и остановил автомобиль под кроной огромного дерева.
-Лен, что-то случилось? Что с тобой? – Виктор нагнувшись к ней, обдал ее горячим дыханием.
Это было верх ее терпения. Она задрожала. Судорожно вздрогнув, она отпрянула от него, откинув голову назад.
Это ее пугливое движение родило в Викторе какое-то непонятное влечение. Она как будто боится чего то. В то же время, видя ее горящие, какие-то дикие глаза, он знал, что только в одном случае она ведет себя именно так, и это когда она его желает…
«Девочка, моя, ты же напрашиваешься, чтобы я трахнул тебя прямо в машине…»
Он на секунду прикоснулся рукой к ее колену, и тут же почувствовал, как она замандражировала всем телом. Он довольно улыбнулся, но не подав вида, что заметил ее состояние, опять вернулся на свое кресло.
-Лен, ты что то хочешь? – он невозмутимо посмотрел на нее.
-Степнов, ты что, дурак? Я тебя хочу! – и она, судорожно стягивая с себя штаны и преодолевая преграду между ними ввиде коробки передач и рычага управления, уже оказалась верхом на нем, сидя на коленях, и обхватив их своими бедрами.
Ленка припала к его желанным губам, подключая язычок. Она проникла в манящий рот, требовательно прижимаясь к нему всем тело. Виктор больше не мог сдерживать своих эмоций, чувствуя такой откровенный напор от Ленки. Он не выдержал, и уже, поместив ладонь на ее затылок, теперь и он еще сильнее прижался к ее губам, углубляя свой поцелуй настолько, что казалось, что хочет достать до самого ее нутра. Вторая рука уже бешено блуждала по ее телу, со спины скользнув под майкой под тесный лиф.
-К черту одежду! – срывая с нее остатки белья, он губами терзал ее тугую грудь с оголенными как нервы сосками.
Она со стоном откинулась было назад, и тут всей спиной с силой надавила на кнопку клаксона на руле. Оглушительный звук гудка, казалось, разорвал окружающую их территорию, сплетаясь своим режущим звуком с тяжелыми ударами ливневого потока по их автомобилю.
Отрезвившись этим самым на мгновение, Ленка уже сорвала через голову с Виктора его футболку. От прикосновения к его торсу ее голой груди у Степнова, казалось, основательно снесло крышу. Приподняв ее высоко над собой, он резко перебросил Ленку обратно на ее сиденье, и, умело нажимая на рычаги управления, привел ее сиденье в удобное лежачее положение. Перелезая на ее половину, Виктор ловко устроился у нее между ног.
.
Еще минута… и Ленка улетела… Ее затуманенные глаза попытались выхватить его в салоне, но туман перед глазами застлал все вокруг. Он был там. Внизу. Только ее руки на его голове до судорог сжимали кулачки вместе с прядями его волос. Стоны бессилия и бесстыдства захлестнули ее с головой. Она вся истекала от желания; желания, которое безвылазно поселилось в ней с первых секунд знакомства с этим мужчиной.
Он упивался ее соком. Чувствуя губами как бьется ее сердце между ног, не видя ее, перед глазами было ее лицо. Ее экстаз он выучил наизусть. Вот сейчас его губы коснуться ее лона – и ее голова запрокинется, а ноздри начнут жадно ловить недостающие глотки воздуха; его язык проникает внутрь – она уже безостановочно облизывает свои пересохшие губы; его непрекращающиеся требовательные ласки - и уже закусив губу, ее тело бьют огромные волны.
-Витя, я так больше не могу… возьми меня уже, наконец! – Правая рука оставляет отпечаток на запотевшем от разгаряченного дыхания стекле.
-Нет, я хочу смотреть, как ты сама кончаешь, дорогая… - Виктор, уже шепча ей на ушко, продолжает целовать ей шею, обжигая своим дыханием мочку. – Ленка, какая же ты у меня…
Она поворачивает резко к нему голову и впивается в его рот своими губами. Ее холодная рука уже ползет по его спине, останавливаясь на ягодице под джинсами, до боли в ногтях впивается подушечками пальцев в его кожу.
Его стон служит ей сигналом.
-Сними ты уже свои штаны… - он приподнимается над ней, помогая справиться с застежкой и молнией, и они, уже стянутые его же ногами, падают куда-то под сиденье. Ее руки тянутся к его бедрам и вот уже, касаясь того, что давно упирается ей в живот своей твердынью, оказывается полностью во власти ее ладоней.
-Ленка, я так тебя хочу, что сейчас уже взорвусь! – не выдерживая напряжения, он своим телом вдавливает ее спиной в мягкую черную кожу сиденья. Его язык скользит по ее губам, и опять ее губы с жадностью втягивают его в себя.
Без всяких усилий, задрав ее правое бедро, он наконец проникает в нее. Ее позвоночник казалось полностью пропечатался в спинке сиденья.
-Быстрее …– Ленка, беспорядочно хватаясь руками то за него, то за ручку двери машины, то за подголовник, теряя кажется остатки сознания и сил, простонала ему прямо в лицо.
Рык Степнова заглушает ее крики. Его губы были уже везде. Не переставая двигаться, он целовал ее губы, щеки, шею.
Она хочет, чтобы это никогда не заканчивалось. Как она любит, когда он такой! Сила, грубость, боль, наглость…. С этого у них все началось… и она это полюбила…
Умирая от счастья и почти теряя сознание, они оба наконец размыкают свои тесные объятия.
В машине – парилка. Горячее дыхание двух тел, жар и огонь, страсть и желание высосали, кажется, весь воздух из салона, оставив взамен лишь густую испарину на стеклах и на телах.
Встав на колени на сиденье, Ленка открыла окно и высунулась полностью в него. Прохладные капли дождя, касаясь ее разгоряченной кожи, тут же превращались в пар. Казалось, что Ленка испаряется вместе с дождем.
-Ах, Вить, как же хорошо…. – свежий прохладный воздух обвалакивает ее тело, остужая жар, который до сих пор властвовал в ее чреслах.
-Хватит, дуреха, простынешь! – Виктор, похватив под попу, втягивает Кулемину в салон автомобиля, закрывая створку окна.
Она поползла была на заднее сиденье, чтобы уже с другой стороны глотнуть опять свежего водуха.
-Ты куда? – Виктор схватил ее за щиколотки и потянул на себя. Она всем телом плюхнулась на заднее сиденье.
– Мне дышать нечем, Степнов! -уже смеясь, она все также лежа на животе, пыталась отбрыкиваться от него ногами, опять вставая на корточки попой к нему.
-Кулемина… - вдруг голос Виктора опять стал приобретать нотки глубоко возбуждения. – Лучше так не делай! – Мелькающая перед ним такая соблазнительно манящая часть ее тела вызвала в нем новую волну желания обладать ею снова и снова безраздельно.
-А я ничего и не делаю, - повернув к нему немного смущенное лицо, она улыбнулась своей беспроигрышной улыбкой.
Намоченные дождем волосы прилипшими прядками спадали по ее тонким плечам. Прогнутая в позвоничнике спина, круглые бедра и аппетитная попка будоражили его воспаленное воображение. При такой ее позе его опять бросило в жар, руки затряслись, а во рту все пересохло.
-Не делаешь… зато я…
Она не успела ничего ответить, так как он резко привстал рядом с ней на колени и рывком прижал ее попу к своим бедрам. Она лишь успела ухватиться одной рукой за ручку двери, другой за подголовник, чтобы не вышибить своей головой боковое стекло.
-Витька, ты сумашедсший… - это были ее последние слова, которые смогли слететь с ее губ до того, как волна очередного безумия накрыла ее с головой.
-Да! Ленка! Я! Всегда! Хочу! Тебя! - тяжелыми каплями дождя, бьющими по крыше автомобиля, его слова отдавали эхом в каждом миллиметре ее тела.
Вскинув голову, она увидела свое отражение в стекле – длинная челка на разгоряченном лице, открытый от нехватки воздуха рот, опухшие губы, лихорадочно бегающие глаза – на нее смотрело ее же похотливое смеющееся отражение.
«Какая же ты, Ленка, счастливая… сучка» - принимая мужчину сзади, она не хотела останавливаться казалось никогда.
Сильные руки Виктора впились ей в бедра, оставляя безумные красные следы на ее теле. Она не чувствовала боли, она не слышала ничего, она только стонала в такт своему мужчине, разделяя с ним всепоглащающую страсть.
………………………………………………………………..
Только через час, ошалевшие, с заметным румянцем на щеках, с взлохмаченными волосами и несползающими с их лиц улыбками, они завалились на кровати в своем доме, оставив в совершенном неведение Петра Никаноровича, который минут десять пытаясь узнать, как прошел их день, в ответ лишь слышал заливистый смех и видел попытки этой взбалмошной парочки слинять с глаз долой от него в своей комнате. Махнув на них наконец рукой, он оставил их в покое.
справка 
