Сериалы онлайн

Писала под песню Marakesh – Дышать Не Бояться.

«…»

- Я своих тоже не забирала… Но я бы хотела их забрать.
Я залезла с ногами на подоконник, чиркнула спичками, но тут поняла, что сигарет нет. Не то, чтобы я расстроилась или разозлилась, но моя реакция напугала меня. Я была спокойна, как никогда, один словом – смирилась. И я бы хотела чувствовать себя правой и найти какое-то оправдание, но я не искала легкого пути.

Он забрал мои сигареты, не больше, хотя, в другой жизни и при других обстоятельствах я еще бы поспорила.
На самом деле я хотела уехать сразу же после того, как Нас застали в моей комнате. Я была так напугана, что сначала даже не поняла, Кого я посмела обнять, к кому я сейчас прижималась. Еще какой-то час назад этот человек хотел возобладать надо мною, а сейчас он клянется, не переставая, что не хотел этого, не хотел меня пугать.

- Не надо, - я отодвинулась от него. Больше ничего не сказала, и он молчал. Только смотрел так, что у меня ком в горле встал. Я, растерянная, отвела взгляд и прошла мимо него, медленно, но зато к дому, утирая нос рукавом. Степновы-старшие все спали, Витя не шел за мной, поэтому я была одна наедине с собой. Я решила уехать до того, как меня вызовут на серьезный разговор и начнут обвинять в том, в чем я не виновата. Или все же виновата? Я не знала, где искать правильный ответ.
Я решила пойти в душ и умыться. Это не заняло много времени, тем более, я боялась, что придет Степнов. Не хотелось еще каких-то столкновений, но, наверное, это было неизбежно. Точнее, это была нужда. Его нужда, он нуждался в этом.

Он пришел, не сразу, через некоторое время. В моей комнате горела одна настольная лампа, сама я скидывала свои летние вещи в дорожную сумку. Витя, видимо, хотел постучаться, но увидев, чем я занимаюсь, просто застыл на пороге. Я его не сразу заметила, мои мысли были только о том, чтобы сбежать скорее отсюда. Поэтому, увидев его, я вздрогнула. Желание покинуть это место стало сильнее, и я еще активнее начала собираться.
- Нет! – Он в два счета оказался возле меня и вцепился в руку.
- Что ты делаешь? Перестань! - Я была напугана, но голос был твердым.
- Лен, не уходи… - тихо проговорил он, заглядывая мне в глаза.
- Поздно! – выкрикнула я. – Раньше надо было думать.
- Прости, я дурак!
- Ты сам это сказал! – Я толкнула его в плечо и, закинув сумку за спину, попыталась пройти. – Пусти меня.
И тут он сделал то, от чего у меня похолодели руки. Он встал передо мной на колени, хватаясь за меня, словно за последний глоток воздуха.
- Пожалуйста, не уезжай… - зашептал он. – Я обещаю, с этого момента я и пальцем к тебе не притронусь. Больше никаких насмешек и подколов. Я все сделаю, только не уходи… - и он заплакал, я это почувствовала по тому, как намокла моя майка. И вообще, у меня было какое-то странное ощущение, ощущение чего-то ненормального. Он до сих пор был грязным, и я опять теперь вместе с ним, потому что он пытался всячески обнять меня. И он стоял передо мной на коленях! Как должна была себя чувствовать шестнадцатилетняя девчонка, когда перед ней на коленях стоял взрослый парень и плакал. Я была в смятении, и я уже не знала, кто из нас жертва. Я ничего не знала, но… я осталась.

Потом все для меня стало как-то непривычно. Я не могла забыть того, что произошло, и я не могла привыкнуть к мысли о том, что это уже не случится. Каждое мгновение я ждала какого-то подвоха, встряски. Но нет, все было спокойно. Казалось даже, что Виктор стал на несколько лет взрослее, потому что вел себя рассудительней. Так мне виделось.
По тому, что на следующее утро никаких разборок с нами двумя не было, я поняла, что Степнов все утряс. Между тем, он оставил свои шумные компании и больше времени стал проводить с отцом. Помогал ему во дворе, выполняя разную физическую работу.
Сезон прополки грядок был в самом разгаре, и моя тетка отправляла меня заниматься этим с утра до вечера, но я не жаловалась.

Так закончилось еще одно мое лето в этом месте, а потом выпускной класс поглотил меня с головой. Чем меньше дней оставалось до лета, тем больше я понимала, что к Степновым я больше никогда не поеду. И я сожалела? Да, я грустила по тем дням, ведь последний месяц, что я провела там, мы стали со Степновым ближе, что ли. Нет, скорее, у нас появилось какое-то взаимное понимание. И это было… нормально. Я не была довольна, но это было мое решение.
Следующее лето перед институтом стало для меня поистине новым. Сначала экзамены, потом выпускной, где я была той еще вороной. Следом поступление в институт. С этим я определялась долго, хотя точно знала, что хочу учиться в Москве. Мама, правда, была против, но через некоторое время она уступила мне, приняв мой выбор.

Я была удивлена, но не принимала это в расчет. А почему она согласилась, я узнала уже потом, когда, провожая меня на поезд, она сказала, что по приезду туда меня встретит Виктор. И как я могла забыть тогда? Он только что защитил свой красный диплом в Московском мед. институте, а оставшуюся часть лета стажировался где-то, конкретно где, мне не было известно. Я не интересовалась, хотя не спорю, что мне было любопытно узнать, чем он занимался в первое лето, которое мы провели порознь.

Так или иначе, сейчас у него была своя квартира в городе. И мама, за что ей огромное «спасибо», не забыла похлопотать обо мне – встретить, присмотреть и все такое.
Когда первый негатив от этой новости у меня спал, я даже смогла радоваться… Чему? Я и сама пока не знала. У меня был какой-то кураж. Перед новым местом, перед столицей. И даже Степнов не мог испортить мне этот заветный момент, быть может, о котором я всегда мечтала.

Но, что больше всего меня поразило, когда я приехала туда, это то, что, когда я сошла с поезда и оглядела перрон… Взгляд – добрый, открытый, его улыбка. Я осознала, что в добавок к мечте, самое важное - это когда в незнаком городе есть человек, которого ты знаешь, и который знает тебя. Который, возможно, ждал тебя и искренен в этот момент, стоит в нескольких метрах, не решаясь подойти, боясь спугнуть. И тут я поняла, что все же скучала. Ведь это было уже привычкой, проводить с ним лето. Он и сам был уже привычкой. И не видеть его означало «сбиться с ритма». Я тогда побежала, удерживая рюкзак на плече, запрыгнула на руки. Он так крепко обнял, удерживая меня над землей, и прошептал своим низким голосом: «Ты так выросла! От парней, наверное, отбоя нет?!»

И тогда сказка закончилась, я медленно разжала объятия и спрыгнула на землю. Вот что стало для меня отправной точкой – это осознание того, что чувств нет и быть не должно, кроме родственных, конечно. Все было так, как и должно было быть. Но почему-то складывалось ощущение чего-то упущенного мною. Чего-то незамеченного, но я не могла понять чего.
Я училась, знакомилась с новыми людьми и часто встречалась с Виктором. Он занимал все мое свободное время. Показывал Москву, гулял со мной, когда мне было просто скучно, и даже в плохую погоду… Случалось, завозил мне продукты в общежитие. Но после того, как килограмм мороженного растаял и потек на продукты в пакете, который он собирался адресовать мне, я отговорила его от этой затеи. Он старался помогать мне во всем, у меня не было друга в городе лучше, чем он.

Как-то случайно я увидела его в центре, но он был не один, а с женщиной. Я рассердилась тогда, задев его плечом, убежала. Могу представить, что он тогда подумал. Это же надо было так облажаться, это, наверное, походило на ревность… Но я отказывалась смотреть на ситуацию с такой стороны, мне было стыдно даже думать об этом.

Потом мы некоторое время не общались, совсем немного, но этого хватило для того, чтобы вывести меня из равновесия. А потом как-то он позвонил и сказал, что если я сутками буду сидеть дома, то позеленею без солнечного света. На что я буркнула, что капуста – это полезно. Все получилось так нелепо, он чуть нашу вахтершу до инфаркта не довел, чтобы попасть ко мне. А когда я все же соизволила выйти из своего укрытия, он меня чуть не прибил, так ругался, что я учебу запустила и что поначалу игнорировала его звонки. Я молча все это выслушала, а потом пнула его не сильно со словами «Достал!». Он рассмеялась и, обняв меня за плечи, потрепал по макушке, как будто я ребенок малый. И правда, я чувствовала себя рядом с ним, как будто мне лет пять. Ну не пять, конечно, но около того. Он так возмужал и вообще уже не казался мне тем Степновым, которого я знала ранее. Это уже был красивый, молодой мужчина, в присутствии которого иногда мне казалось, что земля уйдет из-под ног, если он дотронется случайно до меня как-то не по-братски. Обычно такие моменты он игнорировал, но я сама очень остро чувствовала их. Не знала, что со мной происходит. Может, я начинала привязываться к нему? Определенно.

Сессии, первая и вторая, прошли мимо меня быстро, и мне казалось, что я неплохо с ними справилась. Потом летняя практика, и вот я собираюсь ехать домой к маме. Я по ней очень скучала, но ей об этом никогда не говорила, не хотела, чтобы она тяжело переживала нашу разлуку. Витя, конечно, вызвался меня провожать и нес мою сумку с некоторыми вещами и сувенирами из Москвы для мамы. До отъезда поезда оставалось минут десять, я потягивалась, стоя рядом со Степновым. Он улыбался. Оставалось дело за малым. Нужно было что-то сказать при расставании, и я как раз ломала голову над этим, но он опередил меня. Я поняла, что у него была заготовлена какая-то определенная речь, но он очень нервничал, поэтому говорил с какими-то паузами.
- Лен, я знаю, что сейчас не время… - еще с этой фразы тогда я внутренне напряглась, мне не нравилось это странное ощущение. - Но я хотел тебе сказать… Всегда хотел… не знал как.
- Вить, сейчас поезд уже отходить будет, может, потом? – я начала нервничать.
- Нет, я хочу, чтобы ты знала. Я не могу больше молчать. В общем… Лен, - он посмотрел в мои растерянные глаза. По истине, мне казалось, что у меня в тот момент был шальной взгляд. - Я… влюблен, влюблен в тебя… уже давно. - Мне казалось, что я ослышалась, но когда он стал вставать на одно колено, меня охватила неподдельная паника. – И я хочу, чтобы ты вышла за меня…
- Но мы же… - голос сел. Узел, который завязывался внутри долгое время, лопнул от напряжения. Сердце отчаянно заколотилось.
- Ты не обязана сейчас мне отвечать, - поспешно ответил он. - Просто подумай, подумай, пока будешь у мамы. А я буду ждать тебя здесь…

Вот, что случилось тогда со мной. Это то самое "оно", после которого вся размеренная жизнь покатилась к чертям собачьим. Собственно, тем, с которыми я сейчас вожусь.
Виктор четко дал мне понять, что, пока я не захочу – ничего не будет. Но я же не захочу, я не смогу, это неправильно.
«Но если бы на миг отбросить все предрассудки, все преграды, я бы смогла?» - мысленно спросила себя и, подумав, поняла, что… ответ очевиден.
Как сказал однажды мне один человек: «Нужно учиться держать удар!». И я учусь. Но каким путем я решу эти проблемы, уже другая забота, о которой, чувствую, скоро мне придется серьезно задуматься.